Информационный обмен и взаимоотношения между обществом, властью, прессой и гражданами – это индикатор культуры и цивилизованности государства и общества. / РНПК

Бытие мое

Альмира Кусаинова

Информационный обмен и взаимоотношения между обществом, властью, прессой и гражданами – это индикатор культуры и цивилизованности государства и общества.

В Казахстане эти процессы проходят в условиях кризиса экономики, упадка производства во всех отраслях, безработицы и социальной напряженности. Идет имущественное, социальное, мировоззренческое расслоение общества.

Страна пережила ряд правительственных и парламентских кризисов. Эшелоны власти поражены коррупцией, страну захлестнула волна информационных войн. Политическая нестабильность связана со многими факторами (которым стоит уделить отдельное внимание), но не в последнюю очередь с отсутствием эффективных законодательных гарантий свободы слова, печати, выражения мнения в масс-медиа.

О пределах свободы слова для СМИ и журналистов сегодня говорят и президент, и журналисты, и общественные деятели, ссылаясь при этом на опыт стран с развитой демократией. Однако ссылки властей на опыт Запада чаще всего некорректны. Там СМИ являются не только инструментом, но и специфической частью самой власти.

В Англии отсутствие предварительных ограничений — отличительный признак свободы слова. Главная идея — "публика имеет право на полную информацию". В Швеции никогда ни в какой форме цензура не получала одобрения. "Цензорскими полномочиями обладает народ над правительством, а не правительство над народом", — писал основатель масс-медиа США Джеймс Мэдисон. Наши же правители живут временами Людовика XIV, повторяя вслед за ним: "Государство — это я".

В отношении власти к критическим материалам о ней Европейский суд определил: пределы допустимой критики в адрес правительства шире, чем в адрес частного лица или политического деятеля. Действия правительства должны анализировать не только законодательные и судебные органы, но и пресса, общественность. В США совершенно неприемлемо установление ответственности граждан за оскорбление правительства. У нас же информационное поле страны под полным контролем властной Семьи. Наряду с относительным либерализмом интенсивно (вглубь и вширь) развивается авторитаризм. Кампания "департизации" дала возможность главе государства "сбить" команду на основе личной преданности. Путем принятия тайных постановлений, массы судебных исков, намеренного банкротства и перекупки за бесценок неугодных СМИ продолжается монополизация и приватизация правящей семьей, близкими ей кланами основной части СМИ и системы общественных коммуникаций. Создались условия для формирования культа личности. В результате состоялись десятки судов над журналистами (и только над ними) с обвинениями их в оскорблении чести и достоинства президента (Б. Супрунюк, К. Асанов, Е. Бапи, Б. Габдуллин, С. Дуванов и многие другие) или различного ранга чиновников и олигархов. В результате многие СМИ закрыты, а журналисты эмигрировали. Оставшиеся — разобщены, "растащены" по олигархам. Война между хозяевами СМИ разводит журналистов по разные стороны баррикад. Власть же не только всячески способствует этому, а сама становится инициатором таких баталий. Журналисты же, отрабатывая кусок хлеба, превратились не более чем в наемных работников, поденщиков, а не творцов.

Например, в Атырауской области появилась новая газета "Туран", создателем которой, по слухам, является областной глава Аслан Мусин – известная личность по борьбе с оппозицией и независимыми СМИ. В бытность его акимом Актюбинской области был закрыт целый ряд газет и радиостанций. На новом месте г-н Мусин теперь сам открывает издания, но вряд ли для развития свободы слова. Скорее всего, "Туран" создан в противовес другой газете "Атырау тудэй" и станет его орудием в борьбе с тасмагамбетовщиной. Но не этот факт привлек наше внимание – такая практика стала уже нормой. Интересной стала фигура, впрягшаяся в роль редактора этого издания, – Бакитжан Мукушев, совсем недавно ушедший вместе со своей командой из "Мегаполиса", и вот теперь благополучно продавшийся власти.

Ну да Аллах с ним, с Мукушевым. Не хотелось бы нам уподобляться ему и ему подобным, как-никак коллеги, хоть и по другую сторону баррикады. Жаль только таких в принципе не плохих журналистов, как Асхат Шарипжанов и Михаил Пак, которые ринулись осваивать атырауское информационное поле войн. И даже не о них сейчас речь.

Эксплуатируя тезис о приверженности принципам демократии, безапелляционно заявляя о "самой высокой степени демократичности прессы РК среди стран СНГ", власти Казахстана во главе с первым руководителем ведут жесткую борьбу против СМИ, узрев в них угрозу своему беспредельному и бесконтрольному правлению. Монополизировав же информационное поле, власти теперь пытаются монополизировать и правозащитное поле в лице Дариги Назарбаевой – весьма парадоксальной личности в казахстанском политическом пространстве: с одной стороны, она и ее муж подмяли под себя немалую долю различных СМИ, а с другой – возглавляет Конгресс журналистов Казахстана; с одной стороны, она шельмует по "Хабару" всех врагов своего папы-президента, и в первую очередь, независимых журналистов, а с другой, заявляет "о грубом вмешательстве в деятельность независимых масс-медиа".

Речь, собственно, о том, что только кардинальное реформирование общества, истинная демократизация общественно-политических и социально-экономических процессов способно сломить сопротивление авторитаризма. А до тех пор бытие будет определять сознание, и никакие Декларации профессиональной этики здесь не помогут.

“СОЛDАТ” №11 (94) март 2003 г.